Карта новостей

Календарь

2016
Март
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   


Алешин А.И. Материалы межвузовской конференции. Страница 115

«Субстанциальной» основой, объединяющей писателя и читателя, является увиденное и услышанное, прочувствованное и пережитое ими в «совместном» душевном опыте самопознания. Душа писателя в этом потоке многогранного общения обнажается и требует осмысления не с точки зрения авторского «Я» — авторитетного слова, но в форме читательского «Я», оценивающего и выби­рающего собственные приоритеты и ценности в процессе постижения текста.

В. Розанов переописал мир на языке обывательского мироощущения. Мир мещанской/обывательской среды чрезвычайно важен для него. Впервые в фило­софии появляется новый «герой»-обыватель и «герой»-философ «обыденной жизни», со своим субъективным миром, провозглашенным миром истины и со своей субъективной логикой, названной им «логикой жизни». «Я» — собира­тельный образ обывателя — многотысячной армии его читателей и оппонентов, людей, предпочитающих жизнь искусству, реальность бытия — осознанию этой реальности в мышлении и тексте.

Душа философа как вместилище самых противоположных состояний и чувств, может быть представлена как дескрипция субъективной природы твор­чества, как новый миф о творце. Авторский миф (в данном случае одинаково присущий и читателю, и писателю) является не сознательным искажением или политической идеологизацией процессов реальной жизни, но попыткой сохра­нить и укрепить идею (приписываемую автору или собственную) за счет поиска наиболее адекватной формы в качестве презентанта реальности (натурализация себя). Мифотворчество В. Розанова — попытка деконструировать предыдущий опыт мифологизации и переописать традиционные «объекты», такие, как Бог, душа, свобода, человек на новом языке.

Трилогия — философский миф, созданный В. Розановым в процессе само­описания. Розановский миф о себе сознательно построен в духе великой карна- вализации и буффонады, нарочитого выворачивания самого себя наизнанку, представления себя в образе философа-шута, фигуры, как комической и карна­вальной, так и иронической и трагической одновременно. «С выпученными глазами и облизывающийся» философ стал героем собственного философского «романа», в котором, наряду со многими другими чертами, можно выделить и элементы мениппеи/карнавализаиии в духе М. Бахтина. Однако это стало явным лишь при перекодировании его текстов из одной системы прочтения (линейное) в другую (структурно-семиотическое). «Различие в закодированности разных частей текста делается выявленным фактором авторского построения и чита­тельского восприятия текста. <...> Такое построение прежде всего обостряет момент игры в тексте: с позиции другого способа кодирования текст приобрета­ет черты повышенной условности, подчеркивается его игровой характер: иро­нический, пародийный, театрализованный смысл и т.д. Одновременно подчер­кивается роль границ текста, как внешних, отделяющих его от не-текста, так и внутренних, разделяющих участки различной кодированности''. Все эти мо­менты хорошо просматриваются, благодаря структурному методу анализа в розановской трилогии.

 
<< Первая < Предыдущая 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 Следующая > Последняя >>

Страница 115 из 130